Таймлайн карьеры
1967 - 1974 · 4 проектов
- 1974 1
- 1971 1
- 1969 1
- 1967 1
- 1970-1974 2
- 1965-1969 2
- 1970-1979 2
- 1960-1969 2
Правда о мнимой страсти к незнакомцу
Однажды весенним утром на окраине обычной французской деревни девушка видит распятого на кресте человека.
Что это: обычная галлюцинация, экстатическое видение фанатичной христианки или явление Сына Божия святой провидице?
Пытающийся разобраться в произошедшем журналист опрашивает свидетелей и… Перед его мысленным взором разворачиваются события, описанные в Евангелии от Иоанна, где сам он оказывается в теле Понтия Пилата.
Что это: обычная галлюцинация, экстатическое видение фанатичной христианки или явление Сына Божия святой провидице?
Пытающийся разобраться в произошедшем журналист опрашивает свидетелей и… Перед его мысленным взором разворачиваются события, описанные в Евангелии от Иоанна, где сам он оказывается в теле Понтия Пилата.
Весна
В фильме параллельно разворачиваются две сюжетные линии.
Первая — о девушке, переживающей переходный возраст и живущей со своей бабушкой.
Вторая — о мужчине, который пробирается через лес и ловит рыбу голыми руками.
Возможно, он отец этой девушки, возможно, он — убийца.
А может быть, и просто плод ее воображения...
Первая — о девушке, переживающей переходный возраст и живущей со своей бабушкой.
Вторая — о мужчине, который пробирается через лес и ловит рыбу голыми руками.
Возможно, он отец этой девушки, возможно, он — убийца.
А может быть, и просто плод ее воображения...
Зима
Несостоявшийся режиссер во время работы над фильмом о Брюгге начинает испытывать трудности в отношениях со своей супругой.
Подлинный процесс Карла Эммануэля Юнга
Воображаемая постановка судебного процесса над нацистским преступником.
Формалистский эксперимент, отсылающий к знаменитой книге Ханны Арендт «Эйхман в Иерусалиме», в котором «правда истории» переплетена с новаторской художественной формой, а театральный схематизм — с «насилием фактов».
Формалистский эксперимент, отсылающий к знаменитой книге Ханны Арендт «Эйхман в Иерусалиме», в котором «правда истории» переплетена с новаторской художественной формой, а театральный схематизм — с «насилием фактов».